В последнее время Владимир Зеленский и близкие к власти спикеры делают разноречивые заявления. С одной стороны, они говорят об успехах на фронте, о том, что российское наступление остановлено, что РФ теряет на фронте больше, чем призывает на службу, что ВСУ перехватили инициативу и теперь освобождают территории, в России назревает бунт и переворот, а у экономики РФ начинаются огромные проблемы из-за "дальнобойных санкций" (ударов по территории РФ). И из всего этого вырисовывается картина близости победы Украины и скорого разгрома Москвы. И вообще война уже закончится к ноябрю, как вчера на фракции сказал Зеленский.
А с другой стороны, он же заявляет, что Россия готовится открыть новый фронт на севере, организовав наступление на Чернигов, а также из Беларуси по всей линии белорусской границы. Причем, по одному из вариантов, которые озвучивает президент, наступать будут не белорусские войска, а российские. В этой связи приграничным регионам уже дали указание готовить круговую оборону.
И получается, что, по версии Зеленского, у российской армии кончаются солдаты, а у российского бюджета - деньги. Но с другой стороны, если исходить из его же заявлений, Россия способна открыть целый фронт против Украины на севере. То есть у Москвы либо есть достаточно резервов действующей армии (а значит, ситуация на фронте совсем не такая плачевная для РФ, как говорят украинские официальные лица), либо есть достаточно средств в бюджете и запаса прочности власти, чтобы провести успешную мобилизацию и отправить на войну еще сотни тысяч солдат.
Как говорится, показания явно не сходятся.
Что же происходит в реальности?
Начнем с того, что даже некоторые украинские эксперты не разделяют оптимистических оценок ситуации на фронте, озвучиваемых сейчас на Банковой. Да, благодаря дронам темпы наступления российских войск значительно снизились, на отдельных участках ведут контратаки украинские войска. Но все-таки на большей части линии фронта атакуют и продвигаются (хотя и медленно) россияне.
Другими словами, сейчас можно говорить не столько о перехвате инициативы, сколько о ситуации, близкой к шаткому равновесию, которое в любой момент может качнуться в любую сторону: как в пользу Украины, так и в пользу России. Тем более что существующие проблемы в ВСУ с живой силой никуда не делись, а РФ сейчас ускоренными темпами формирует свои беспилотные войска.
Что касается воздействия ударов Украины на российскую экономику, то сейчас еще нет объективных показателей, которые свидетельствовали бы об их критических последствиях. Например, по доходам бюджета РФ, который сейчас пополняется за счет роста цен на энергоносители. Причем удары по нефтегазовой инфраструктуре на эти поступления пока не сильно влияют, так как налог платится не с экспорта, а с добычи в привязке к мировым ценам. Также показателем эффекта ударов по НПЗ мог бы стать дефицит топлива в России. Но его пока не наблюдается (за исключением Крыма, где он обусловлен скорее логистическими, а не производственными проблемами). Конечно, проблемы могут возникнуть в будущем, так как удары продолжаются. Да и цены на нефть могут упасть, если ситуация в Ормузском проливе стабилизируется. Кроме того, в российской экономике имеются и другие трудности, кроме украинских атак. И в будущем они могут обостриться. Но на данный момент ситуация такова, какая есть - то есть не катастрофическая для РФ.
Что касается угрозы наступления из Беларуси, то, как мы уже писали, пока нет никаких признаков его подготовки, о чем говорят даже в ВСУ. И это порождает сомнения в том, что оно вообще готовится в реальности (при этом нельзя исключать наступления российских войск на Черниговскую область из Брянской - но не в формате броска на Киев, а в том же "ползучем" формате, в котором сейчас российские войска атакуют приграничье в Харьковской и в Сумской областях).
Отсюда возникла версия, что подобные противоречивые заявления Зеленского не отражают реальную ситуацию, а служат решению информационно-политических задач.
В первую очередь, речь идет о мощной кампании, которая сейчас развернулась усилиями Киева и западных СМИ на тему слабости Путина, который проигрывает войну. Ее цель – с одной стороны, поддержать моральный дух украинского общества, с другой – укрепить поддержку Европы и, если получится, побудить Трампа забыть о "духе Анкориджа" (если Путин проигрывает, то зачем с ним вообще о чем-то договариваться и идти ему на уступки), с третьей стороны – раскачать российское общество, тем более что там идут свои сложные процессы.
Среди прокремлевских блогеров в РФ в ходу версия, что Украина и Запад попытаются к августу-сентябрю, когда будут выборы в Госдуму, раскачать ситуацию в России с целью вызвать там бунт и смуту. А потому до того момента Киев и его западные партнеры и взяли паузу в переговорах в надежде, что положение Москвы к осени резко ухудшится. Отсюда, по данной версии, и прогнозы Зеленского о конце войны в ноябре, а также бросание в контратаки резервов ВСУ, чтобы обосновать тезис о перехвате инициативы на фронте. Но если раскачать ситуацию в РФ не получится, тогда и вернутся к "духу Анкориджа".
Верны такие оценки или нет, сказать трудно. Но очевидно, что в Киеве всегда возлагали очень большие надежды на внутреннюю дестабилизацию в РФ. И теоретически сейчас на Банковой действительно могут выстраивать свои планы, исходя из таких прогнозов. Подобная ситуация, как мы уже писали, была в 2023 году, когда на фоне подготовки мятежа Евгения Пригожина и жесткой критики военно-политического руководства РФ со стороны пригожинской сетки телеграм-каналов у украинского руководства возникли ожидания скорого краха РФ. В том числе в расчете на это было спланировано контрнаступление, хотя сил на него с точки зрения военного планирования не хватало. Тогда расчет не оправдался: смуты в РФ не случилось, а на фронте инициативу перехватили россияне. Оправдается ли он сейчас, увидим в течение ближайших месяцев.
Теперь о наступлении из Беларуси. Мы уже писали о возможных версиях того, почему об этом заявляет Зеленский. По одной из них, он действительно получил информацию о подготовке вторжения и теперь пытается его предотвратить, предавая планы огласке.
По другой версии, популярной в России, Киев сам готовит "превентивный удар". Хотя это будет проблематично из-за дефицита сил у ВСУ для открытия нового фронта.
Кроме того, есть мнение, что Зеленский хочет таким образом помешать укреплению связей Дональда Трампа и Александра Лукашенко.
Наконец, в политических кругах Украины в ходу версия, что заявления об угрозах из Беларуси связаны с темой коррупционного скандала в ближайшем окружением президента, включая экс-главу Офиса президента Андрея Ермака. По данной версии, Зеленский готовит контрудар по НАБУ и САП, однако, опасаясь негативной реакции Европы и группы поддержки антикоррупционеров в Украине, хочет "перебить" информационный эффект от этого некими военными событиями, переключая на них внимание общества и западных партнеров. Например, раскручивая угрозу с севера, а также любые обострения на фронте и усиления обстрелов.
Хотя пока нет никак объективных подтверждений достоверности данной версии, как и планов контрудара Зеленского по НАБУ и САП.
Возвращаясь к тому, какая сейчас реальная обстановка на войне, можно отметить, что за четыре с лишним года, пока она идет, мы видели уже неоднократно, как инициатива переходила из рук в руки. Все может меняться очень быстро. А потому из каких-то локальных событий никогда не стоит делать далеко идущие выводы. Все в конечном счете будут решать ресурсы (человеческие, оружейные, экономико-финансовые), способность воюющих стран удерживать ситуацию в армии и в тылу под контролем, а также скорость внедрения новых технологий войны. Ну и, конечно, большую роль будет играть внешняя среда. Например, ситуация с Ираном, от которой зависит цена на нефть. А значит, и состояние бюджета РФ, и экономическая ситуация в главном доноре Украины - Евросоюзе.
